Многими осознавалось се большое историческое значение. Видный деятель того времени архиепископ Феофан Прокопович писал, что Полтавская победа достойна „всемирного прославления”, а Петр, поздравлявший офицеров и солдат с блестящим результатом „генеральной баталии”, говорил: „Храбрые дела ваши никогда не забудет потомство”. Передовые русские люди понимали, что в итоге одержанной победы Россия навсегда закрепилась на выходе к Балтийскому морю. Не случайно, именно в связи с ней, Петр писал: „Ныне совершенно камень в основание Санктъпитеръбурха положен”.

Полтавская победа праздновалась по всей стране. Особенно большие официальные торжества были организованы в столице с 21 декабря по 1 января 1710 г. К этому времени Москва оделась в праздничное убранство. Двери и ворота домов были декорированы елочными ветками или сплетенными из них гирляндами и венками. У многих домов были поставлены целые елки. С большим старанием были сооружены в городе семь „нарядных” триумфальных ворот (высотою около 7 и шириною – около 6 сажен), а также несколько „великих” пирамид на высоких пьедесталах. Постройка их осуществлялась под руководством известного

архитектора начала XVIII в. Ивана Зарудного. Над оформлением триумфальных сооружений работали многие мастера Оружейной палаты, в том числе живописцы Александр Захаров, Дмитрий Тароканов, Лев Федоров и другие. Украшением всех ворот и пирамид являлись многокрасочные транспаранты, резная скульптура, множество эмблем и т. и.

В качестве характерных примеров отметим картины, помещенные на транспарантах двух пирамид и на одних из „врат”, воздвигнутых на Красной площади. Среди них было изображение спящего Карла XII, видящего во сне стоявшего перед ним Александра Македонского. Над головой Карла — часовой маятник, который „мстительная Юнона приводила в непрестанное движение мехом крамолы”. Рядом „Властолюбие вдыхало в него жадность к завладению чужого”. Здесь же Морфей показывал Карлу XII „в притворном сне его” аллегорическую фигуру, представляющую собой Россию, а также „изменника Мазепу, готового с ним соединиться, в виде вооруженного воина, имевшего на голове своей ехидну, на груди личину лицемерия… и проч.” К картине была дана общая надпись: „Всяк владения чужого желатель, злого конца бывает взыскатель”.

Две картины больших размеров изображали разгром шведской армии под Полтавой и пленение остатков ее иод Переволочной. Наряду с этим, разгром шведов в „генеральной баталии” нашел отражение и в живописных панно аллегорического содержания. Так, на одном из них был изображен сюжет древней легенды о Дедале и Икаре, а также помещена надпись „Предерзость многому злу бывает виною” (причиною,— В. Б.). На оборотной стороне этого транспаранта имелся текст, пояснявший, что, подобно вознесшемуся сверх меры Икару, шведская армия во главе с Карлом XII, безрассудно устремившаяся в глубь России, обрекла себя на гибель.

Сюжеты ряда картин всесторонне раскрывали значение Полтавской победы. Несколько картин с изображениями балтийского моря и флота, Кронштадта и Петербурга говорили, что славная „виктория” закрепляла господство России на выходе к морским путям.