В описании зрелища сказано: „Потом окажется крепость морская, у которой в одной куртине подпись сия: „бог укрепи камень сей”. Значит сие крепость Саиктъиптеръбурх. В другой куртине сие подписание: -„Па счастливое шествие сему”. Причем корабль со всеми парусами по ветру в гавань прибысть. Значит сие какую благость впредь государству чрез сие привлечет”. Таким образом, в фейерверке подчеркивалось значение Петербурга и строившегося здесь флота. Отметим, что вверху первой страницы описания фейерверка имеется гравюра на меди с изображением Петропавловской крепости и части Петербургской стороны. Поэтому можно предположить, что декорация последнего отделения фейерверка была именно такой, как показана на гравюре.Эта декорация, конечно, была не случайна. Петр, имея в виду известные утраты, понесенные Россией в результате заключенного с турками мира на Пруте, в том же 1711 г. писал: „Сие дело есть хотя и не без печали, что лишиться тех мест, где столько трудов и убытков положено, однако чаю сии лишением другой стороне великое укрепление, которая несравнительною прибылью нам есть”, Следовательно, Петр считал, что, обеспечив мир с Турцией, Россия много выигрывала на своих северо-западных границах, в укреплении и строительстве Петербурга, в дальнейшей борьбе со Швецией.

Появление в фейерверочном представлении декорации, изображавшей Петербург, сопровождалось действием многих, расположенных при ней изделий увеселительной пиротехники. В описании фейерверка далее говорится: „Потом как сие скончается, начнет крепость вновь из себя вы- пущать патроны и гранаты беспрестанно, при том ракеты и многие разные люсты-кугелн со беспрестанною пушечною пальбою”.

Несомненно, что рассмотренный нами фейерверк был значительным и интересным. В нем щедро показывались и красиво сочетались специальные и чисто пиротехнические декорации. К тому же можно добавить, что в этом фейерверке применялись цветные огни. В известном нам документе наряду с фейерверочным „белым огнем” упоминаются также „синий” и „желтоватый”, которыми горели многие эмблемы, украшавшие триумфальные ворота.

В дополнение к описанным фейерверкам следует коснуться отдельных „огненных потех”, связанных с событиями последних лет Северной войны.

В дошедшем до нас кратком известии о праздновании встречи нового 1720 года говорится, что тогда был устроен „великолепный фейерверк, представлявший скалу посреди моря, на которой возвышалась фигур богини правосудия (Фемиды), как ее обыкновенно изображают: с весам в одной руке и мечом в другой”. К этому дню была изготовлена гр.ч вюра с изображением Фемиды, стоящей на скале с завязанными глазамі Здесь же надписі,: „Помощию ничто успеют”. Внизу: „Генваря в 1 день 1720 (рис. 20). Интересно, что несколько экземпляров этой гравюры было уж перед началом фейерверка роздано некоторым иностранным дипломата и другим лицам, причем сам Петр „объяснял им эмблему…”

Эта аллегория, показанная, по-видимому, в центре специальной дек( рации фейерверка, намекала на то, что Англия и Франция принудил Швецию прервать начавшиеся было мирные переговоры с Россией К Вмест с тем, указанная аллегория говорила, что, правда на стороне России.